Национальные парки Малайзии
Экологический туризм, ставший в последние годы очень модным и популярным видом туризма от Никарагуа и Коста-Рики до ЮАР, Ботсваны и Намибии и, наконец, до Индонезии, Малайзии и Брунея, привнес новую струю в стандартные туристические маршруты. Помимо обильных денежных вливаний от наплыва туристов, экотуризм позволяет сохранить натуральную флору и фауну стран в своей первозданности и неприкосновенности. Площади национальных заповедников постоянно увеличиваются, что не может не радовать любого мало-мальски сочувствующего идеям Гринписа.
В Брунее находится несколько национальных заповедников. Наиболее интересный из них - заповедник Тембуронг, раскинувшийся в восточной части Брунея. Путеводитель называет его "тропическим раем в джунглях Тембуронга".
Решившимся проверить это на деле предстоит выдержать более чем часовую поездку по реке Бруней. Оставляя позади суету деревни на сваях Кампонг-Айр, на быстром моторном катере, сильно трясшимся по ухабам поднимаемых им волн, мы направились на поиски обещанного рая. Уже через 10 минут заканчиваются городские территории и начинаются сочно-зеленые болотистые джунгли, занимающие большую часть Брунея. Джунгли в основном состоят из мангровых зарослей и пальм ния. Мангровые заросли распространены по всему экваториальному поясу, свое начало они ведут еще со времен раннего палеолита и лишь активная человеческая деятельность смогла противостоять их бурному росту, и не дала им превратить судоходную реку Бруней в болотистый ручей. Как мангровое дерево с пучками воздушных корней, так и полые внутри трубчатые пальмы ния ранее использовались хитроумными брунейцами как всевозможный строительный материал, лекарственное средство, красящее вещество и даже употреблялись в пищу.
Изрядно расстрясшись, но приехав, наконец, в порт назначения крошечного поселка Тембуронга, я был готов к встрече с прекрасным. Поездка по парку начинается с лодочного переезда до точки начала пешего тура. Длинная лодка на манер индейской пироги скользит по насыщенно светло-коричневой глади реки - Куала-Белалонгу, демонстрирующей свои многочисленные водовороты и стремнины. Вообще, существует несколько различных маршрутов по парку. Любители могут остаться там на пару дней и облазить окрестности вдоль и поперек, однако мне вполне хватило полдня на то, чтобы прогуляться по деревянному настилу, благодушно рассматривая окружающую флору, термитники, внимая шумной птичей разноголосице. Апофеозом поездки стал так называемый "канапе тур". Нет-нет, отношения к мини-бутербродам он не имеет никакого - в самом центре парка построена 40-метровая железная конструкция, возвышающаяся над зеленой крышей джунглей. Отдуваясь от продолжительного похода по шаткому деревянному подвесному мосту над Куала-Белалонгом и подставив разгоряченное подъемом по винтовой лестнице лицо легкому ветерку, я с удовольствием обозревал окружающий до горизонта зеленый массив. В такие минуты чувствуешь благоговение перед матерью-природой, щедро наделившей нас живительной тропической растительностью - легкими планеты. Бесстрашно искупавшись напоследок голышом в мутных и быстрых водах реки и выплыв значительно дальше намеченного места, я с чувством выполненного долга покинул этот зеленый природный мирок.
Путь лежал дальше - в Малайзийский штат Саравак. Сопровождаемый целой кавалькадой нетерпеливых машин с брунейскими номерами и за пять минут пройдя таможню, я оказался на территории мусульманского государства Малайзии. Два сельскохозяйственных малайзийских штата Саравак и Сабах являются наиболее отсталыми в стране. Несмотря на то, что их площадь больше площади развитой западной Малайзии, Саравак и Сабах всегда считались задворками государства. В настоящее время правительство разрабатывает программу по привлечению инвестиций на строительство и развитие туристической области, которая должна будет привнести немного скорости в вялотекущий ритм жизни штатов.
Малайзия чувствовалась практически сразу по пересечение границы - разухабистостью дороги, кучами мусора по бокам и большим количеством людей окрест, особенно детей с большими прямоугольными ранцами, бесстыдно глазевшими на меня и обидно над чем-то смеявшимися. Надо сказать, что европейцев в Брунее и Малайзии сравнивают с одним видом обезьян, повсеместно встречаемым в джунглях, ранее мной нигде не виденным. Эти обезьяны отличаются необычайно длинным и тонким носом, что позволяет малайцам, обладающим несколько приплюснутыми чертами лица, изрядно потешаться над нами даже с некоторым оттенком высокомерия.
К вечеру я добрался до перевалочного пункта - городка Мири. В этот город часто наведываются жители Брунея - за покупками, так как цены в Малайзии значительно ниже, а также за увеселениями. Ряд баров и клубов города может, и не считались бы у нас современными и модными местами, однако дают возможность брунейцам, затюканным сухим законом и отсутствием жриц свободной любви выпустить пар. Я же, побоявшись сердитого прибоя и темно-коричневого цвета воды, предпочел искупаться в бассейне и побродить по улицам города. Ничем примечательным Мири не отличается - оживление придают несколько больших торговых комплексов с засильем китайских товаров. Правда, мне удалось недорого купить коллекционный зеленый и бирюзовый китайский чай. Рыжие муравьи в чайнике в отеле и неработающая вилка электропитания несколько охладили мой пыл, и чай я решил опробовать уже только в Москве.
Наутро я поднялся пораньше - предстояло проделать большую часть пути по дороге в один из самых больших национальных парков Саравака - парк комплекса пещер Мири.
Саравак и Сабах в основном живут за счет производства и продажи пальмового масла. Нефть в море есть, но в значительно меньших количествах, чем в Брунее, да и доход от нее идет не в одну объемистую султанову копилку, а распространяется на все большое государство. Бесконечные ряды пальм по обе стороны дороги уходят до горизонта. На одной такой плантации, занимающей десятки гектар, работают до нескольких тысяч работников преимущественно филиппинцев и индонезийцев, выполняющих самую тяжелую и грязную работу - поливка пальм и сбор урожая в виде небольших плодов пальмы, из которых впоследствии и жмут масло. Сами же плоды употреблять в пищу нельзя, но пальмовое масло широко используется при готовке и является важным объектом экспорта для Малайзии. В настоящее время пытаются использовать масло также и в качестве альтернативного вида топлива автомобилями, однако из-за высокой стоимости и низкого КПД масла процесс идет очень медленно.
По пути гид рассказал, что за плантациями в джунглях до сих пор живут местные племена. Самые многочисленные из них - племена кадазасов и ибанов. Кадазасы известны тем, что раньше были самыми настоящими охотниками за головами - отрубая голову врага, они, по их верованиям, таким образом выпускали на свободу бессмертный дух, помогая тем самым человеку достичь конечной реализации. При охоте и нападении кадазасы использовали отравленные стрелы, выпускаемые при помощи духовых трубок. Наша дыхалка, боюсь, с ними бы не справилась, однако натренированные легкие кадазасов посылали их на многие метры. Яд, нанесенный на острия стрел, в течение получаса приводил к параличу и смерти. Не хотел бы я перебежать лесную тропинку этим ребятам! Более миролюбивое племя ибанов известно строительством длинных домов, достигающим нескольких десятков метров. В таких домах может уместиться до 300-400 человек, заправляет же всем местный голова. Подобные постройки раньше возводились в целях быстрой реакции и отражения аттак враждебных племен - по цепочке весь дом оповещался о приближающейся опасности и каждый, имеющий в себе силы держать в руках средство обороны, вставал "под ружье".
В настоящее время вопрос о многочисленном племени ибанов стоит достаточно остро - члены племени необразованы, не имеют профессии и до сих пор живут по принципу натурального хозяйства. Власти опасаются, что при развитии городов это может создать проблему адаптации племени к сообществу. Будучи аналогом цыган в Европе, ибаны зачастую участвуют в грабежах, не имея достаточно средств для существования.
Лишь одну небольшую остановку позволил я себе в пути. И тоже с пользой - представилась возможность посетить один из местных рынков, даже более диких нежели "меламы" в Брунее - торговки бойко зазывали фантастического вида фруктами и овощами - дикими дарами тропиков. Помимо пресловутого дурнопахнущего дуриана, я попробовал так называемые "джэк-фрут" и фрукт "сала", который растет только диким образом в этой части Малайзии. Но более всего мне пришелся по вкусу рамбутан. Огромная связка розовых мохнатых, растущих на высоких деревьях плодов съедалась на раз-два, по вкусу напоминая виноград с косточкой-орехом.
Наконец, мы приехали ко входу в национальный парк Мири. Прощелыги малайзицы берут дополнительную мзду за использование фото- и видеокамер, также за деньги снабжают тебя небесполезными, как оказалось впоследствии, фонариками. Парк Мири состоит из собственно пещер Мири, до которых нужно еще добраться, несколько километров шагая по шаткому и склизкому деревянному настилу, и окружающих их джунглей. В пути скучать не приходилось - множество причудливых деревьев и растений, живность же в основном представлена шикарными мохнатыми гусеницами и вальяжными ящерицами. Птичьи трели сопровождали меня всю дорогу, однако обладателей особо насмешливых голосов увидеть так и не удалось. Влажность стояла такая, что испарина выступила сразу же при входе в парк. Проходя через болотистые заросли, я невольно думал о том, каково приходилось американским солдатам во Вьетнаме и Камбодже, придавленным к болотистой жиже не сумкой с фотокамерой, а увесистыми тюками с амуницией.
Виды пещер воздают сторицей за весь продолжительный до них путь. Лунный пейзаж, перемежаемый сталактитами и сталагмитами, встречал меня в каждой пещере. Считается, что весь комплекс пещер был образован много тысяч лет назад, когда вода в поисках выхода наружу из земных недр прорвала себе дорогу к свободе. Так или иначе, площадь пещер огромная. Шагая между гигантских булыжников, я подошел к "холлу" комплекса - гигантской пещере, раскрывшейся навстречу джунглям наподобие львиного зева. Еще большее сходство с этим придавали корни деревьев, свисающие с краев "пасти". Весь потолок пещеры облюбован стрижами, тысячи которых свили себе гнезда под самым куполом цирка. От их непрекращающегося чириканья пещера выглядит совсем обжитой. Стрижиные гнезда, наравне с ласточкиными, считаются одним из любимейших и наиболее дорогих блюд для китайцев - из них изготавливается суп. Помимо вкусовых качеств, стрижиные гнезда обладают некоторыми эффектами виагры и за это также не обделены народной любовью. Килограмм таких гнезд, в зависимости от качества, может стоить несколько тысяч долларов США. Вследствие этого, на высоту 60-70 метров протянулись тонкие бамбуковые палки, по которым с риском для жизни за гнездами карабкаются малайцы. При падении - неминуемая смерть, хуже когда человек разбивается не насмерть - увечного или параличного никто тянуть на себе не захочет.
Другим источником стабильного дохода является "гуано" или попросту птичий помет, который является весьма хорошим и ходовым удобрением. Периодически мне встречались группы людей, несущих мешки со специфически пахнущим "гуано" в направлении выхода из парка.
Прыгая по камням, я направился дальше по пещерной тропе. Петляя какое-то время, она вывела к гигантскому водопаду. Мощные струи воды с шумом падали на камни, из-за большей высоты дробясь в воздухе на сотни огромных капель. Дальнейший путь лежал в самое пещерное чрево. Вот когда пригодился взятый на прокат фонарик! Без них заблудиться или сломать шею было проще простого. Бледный луч фонаря выхватывал причудливой формы каменные фигуры, стелы и даже летучих мышей. Пару километров в кромешной тьме по пересеченной местности я выдержал стойко, но тем не менее, когда впереди забрезжил спасительный свет на выходе - вздохнул с облегчением.
Впереди лежала еще одна пещера, карабкаться к которой решились только самые отважные. Я решил от них не отставать. По сравнению со всем уже виденным природным великолепием, трудно различимые наскальные рисунки древнего племени торговцев, живших в этих пещерах, впечатлили значительно меньше.
К сожалению, для того, чтобы вернуться обратно, пришлось проделать тот же самый путь, так как никакого пути в обход не существовало. Но, как говорится, бешеной собаке километр не крюк! Зато около входа в пещеры я увидел сидящих в каменных нишах людей - как мне объяснили, постоянно здесь никто не живет, однако владельцы участков пещерных потолков периодически наведываются сюда в целях инспекции принадлежащих им владений.
Что ж, весь долгий путь по Брунею и Восточной Малайзии был успешно пройден ! Благополучно вернувшись в Бруней и переведя дух, я отбыл домой - 13 часов мерного полета мне едва хватило на то, чтобы собраться с мыслями и подвести итоги проделанного путешествия, а также наметить план следующей дерзкой вылазки.
Далеко находится Борнео, но все же если у вас когда-либо выпадет шанс побывать в этих местах, долго не раздумывайте - поезжайте, и вы увидите много такого, о чем трудно рассказать, но обязательно нужно прочувствовать и понять самим как все "там, на краю Земли"…
Иван Васин
